механический братишка
Йаррис /// В доме было десять тысяч двеpей, но она выходила в окно ©
Всё выполнено по принципу «сколько успел — столько написал», выложено для отчёта и на высокохудожественность не претендует.
____________________

Тема задания: «Необычный ракурс или подача / эмоции / сравнительные оборооты».
Время ~1,5 ч. Д/з.

Девять метров. На подоконнике мирно дремлет кот, стоит горшок с разлапистым алоэ, аккуратной стопкой сложены книги. Старая женщина подходит к окну, чтобы задёрнуть штору, и замирает, растерянно моргнув.
Нет. Это определённо не то. Нужно брать выше.
Двенадцать с половиной метров. На окне — несколько пятилитровых банок с огурцами, за которыми притаилась початая бутылка водки, спрятанная от чьих-то глаз. Сквозь полупрозрачные занавески видно, что в комнате никого нет; лампочка над раковиной освещает гору немытой посуды.
И это снова не то.
Выше — ветки: опасно, конечно, но надо брать выше.
Семнадцать метров. Пустой подоконник и плотная, тёмная штора.
Двадцать один метр.
Окна от пола до потолка и полумрак за ними. Очертания барной стойки, блики свечей на бокалах, мгновение — и становится слышна тихая мелодия. Повинуясь ей, длинные тени скользят по паркету.
Два метра правее. В этом окне — те, кому принадлежат тени: мужчина и женщина, танцующие, вернее, переминающиеся с ноги на ногу, так как главное для них — не танец, а объятия. Даже больше, чем просто объятия. Поцелуй.
Наконец-то. Это — именно то, что нужно.
Несколько секунд самого пристального внимания и... вниз-вниз-вниз, аккуратно, к человеку, протянувшему руки навстречу, — какое-то время видны лишь его ботинки и притоптанная трава.
Затем — темнота, но всё ещё можно слышать:
— Заказ выполнен. Не сомневайтесь, всё в лучшем виде. Да, вместе. Да, я проверил. Нет, нет, что вы, уверяю. Они не могли. Ведь мой новый фото-дрон совершенно бесшумен...
____________________

Тема задания: «Словесный портрет и особенности речи героя: описание и диалог, от первого лица»
Заданный герой: таксист из Ашхабада.
Время ~ 40 мин. В классе.

Мой друг садится не рядом, как все, а сзади. Я ловлю его взгляд, повернув зеркало, и спрашиваю: «Куда едем, друг?», — и вижу, как он хмурится и поджимает губы.
Для меня каждый, кто садится в эту машину — друг. Целый город друзей. Кого-то, правда, можно назвать и «брат», но вы ведь понимаете, как я отличаю друга от брата, да?
Там где я родился, солнце яркое. Здесь от него — только цвет моей машины. Желтый. А город вокруг совсем серый. И друг на заднем сидении всё ещё молчит.
— Ты местый, да? Питер, да? Э-э, понимаю, друг, домой едешь?
Слышу щелчок — открывается дверь. Ай, слетел, друг. Оборачиваюсь, чтобы окликнуть, и через шум привокзальной толпы слышу:
— Возить друзей к себе в аул будешь, чурка.
Друг хлопает дверью сильно — машину качает, кепка съезжает с приборной панели, падает в пыль под сиденье.
— Э-э, ну кто так делает, друг? Ай-яй, — говорю ей обиженно. Друг же ушёл, не стал слушать. И что не понравилось? Да и друг ли был?
Да, пожалуй, друг. Просто обиженный, грустный. Наверное, жена ушла.
____________________

Тема задания: «Смена локации / героя / времени действия по схеме 1-2-1-2-1-2».
Время ~1 час. В классе.

«Не самый хороший день, — думаешь ты, когда, на опаздывая на поезд в Москву, понимаешь, что забыл дома смартфон. — Прям дерьмо».
На бегу вспоминаешь традиционные питерские разговоры о москвичах, которые всегда бегут, всегда в ритме, в теме, в работе. Ты вот сейчас, вроде, тоже бежишь, ну и что с того?
В поезде время и вовсе останавливается. Если бы не часы, которые ты — вот удача — все-таки успел надеть, то молчаливое купе с единственным соседом на верхней полке казалось бы мерно покачивающейся кабинкой в колесе обозрения Вечности.
«Философ хренов, посмотрим, как завтра ты доберешься до хостела, адрес которого остался только в электронке», — думаешь ты, засыпая.

На вокзале с утра — тишь да гладь. В динамике смартфона, любезно предоставленного первым попавшимся хипстером, сонное: «Алло», сменившееся на встревоженное: «Какого хрена, чей это номер, ты где?» — и слова менее нецензурные в ответ на попытку объясниться.
«Не забывай про меня», — строго говорят на прощание. — «Я буду волноваться».

Садясь в метро на «Комсомольской», ты всё ещё раздражён на эти слова. А может быть, и на себя.
«Комсомола давно уже нет, да и не был я в нём никогда, так зачем я вечно перед кем-то отчитываюсь?» — мысленно спрашиваешь ты у красной звезды на барельефе.
Подходит поезд. Ты заходишь, оглядываешься — свободных мест нет: все сидят, уткнувшись в смартфоны.
Рефлекторно суёшь руку в карман, но там пусто. Вздыхаешь и смотришь на карту метро.
Гостиница, вроде, на «Чистых». На Мясницкой — ты помнишь только её название и надеешься, что этого хватит... а дальше язык доведёт.

Отпускает немного, только когда приветливый администратор хостела, проводив до номера, закрывает за собой дверь.
Из окна — вид на оживлённую улицу. Ты стоишь и просто смотришь на неё свысока — в буквальном смысле. Не фотографируешь. Не делаешь «чек-ин» в фейсбуке.
Молчишь.
Какой-то дух или бес или собственное подсознание, может быть, так вот своеобразно наградило тебя, отрезав от связи с миром — думаешь ты...
____________________

UPD:
Тема задания: «Смысловые и другие виды акцентов».
Личное задание: «Описать человека, лишённого музыкального слуха и ненавидящего/не понимающего музыку. Но чтобы в конце была надежда, что это обстоятельство изменится».
Время ~40 минут. В классе.


Аэроэкспресс подлетел к посадочной платформе и стоявшие на ней люди поспешили занять места в капсулах. Усевшись поудобнее, Лайера активировала голографическую панель и ввела фамилию Питера. «Соединение установлено, — проинформировал безликий голос. — Ожидайте». Следом заиграла какая-то но навязчивая мелодия, и Лайера привычным жестом накрыла уши ладонями. Она ненавидела музыку.
Питер искренне полагал, что это из-за строения её ушей: у представителей расы каири они действительно были чуть больше и гораздо чувствительнее, чем у людей.
Но Питер ошибался. В музыке, в отличие от любых слов, для Лайеры просто не было смысла.
— Лайе, алё! Лайе, открой уши! — ожил динамик, и она повиновалась.
— И тебе привет, Питер. Я уже еду.
— Жду тебя на платформе!
Лайера насторожилась: радость, нетерпение, восторг, связь с какой-то тайной — малая часть спектра, которые она смогла уловить своим эмоциональным слухом в этой реплике.
— Что ты задумал?
— Как? — с преувеличенным интересом спросил Питер. — Ты разве не предвидишь, о чем я скажу в следующую секунду?
— О, боги. Мой слух работает не так, ты знаешь, что...
— Сегодня, от клиента, я узнал об особенностях твоего слуха столько, что могу писать книгу: «Раса каири, и как они слышат». Клиент был говорлив, почти как я, хех, но... от него я узнал кое-что важное. И поэтому сегодня мы с тобой идем в уникальное место.
«Площадь Согласия, 2» — услышала Лайера в его мыслях.
— Это же концертный зал, — перебила она. — Питер, мы это уже проходили.
— Вот опять ты начинаешь. Нет! — воспротестовал Питер. — Сегодня там будет кое-что такое, что ты сможешь понять. Музыка старой Земли. Говорят, раньше представители моей расы умели писать музыку так, что её слушали не ушами, а сердцем. Я подумал, что это может быть тебе интересно. И разрешить наш многолетний спор...
____________________

Как это было:




Учитывая новый ник и позу, угадать которую я прост не могла, так как обложку не видела, я бы не была так уверена в отмене восстания и безопасности человечества. :lol:
запись создана: 16.06.2017 в 01:47